Вино рождается не на винограднике

«Мы верим, что вино рождается на винограднике», — сказал винодел, наливая в бокал. Вино оказалось плоским и бесхарактерным. Как и другие вина хозяйства. Впервые я задумался, что означает эта фраза на самом деле.

Коммерческие винодельни, делающие ничем не примечательный продукт, на бумаге сегодня неотличимы от трудяги-терруарщика, готовящего уникальное питьё. Неужели эти виноградники такие страшные, что на них рождается подобное? На деле дежурные фразы, которые виноделы произносят туристами и журналистами не имеют ничего общего с реальностью. Максимум, что рождается на винограднике — это виноград, который может быть каким угодно. Как и человека, вино мало «родить», его надо поместить в правильные условия, воспитать. Скучный завистливый пуганый невротик с убогим взглядом на жизнь — это тоже результат «рожденный на винограднике».

Как родилось вино? Пила ли беременная, правильно ли питалась, слушала ли музыку (и какую), смотрела ли на картины великих мастеров?

Конечно же, вино рождается не на винограднике. Вино рождается в голове винодела, как идея, как концепция, как сумма опыта и личного восприятия, помноженная на то, что винодел хочет дать миру. Набившее оскомину «семейное виноделие» — не спасение для вина. Сын, тупо делающий вино по рецепту отца — без переосмысления, без привнесения своего — достоин сожаления.

Винодел или технолог? Угадай сам(а)!

«Выразить терруар» — сегодня недостаточное оправдание существования вина. Два разных винодела выразят его по-разному. Да и понятие терруара сегодня так размылось, что им можно называть что угодно — от крутых сланцевых склонов, до покатых песчаных холмов. Не в холмах дело. Один будет тупо долбиться в ворота «традиций», другой — делать вино с пониманием, что это же ещё надо будет кому-то пить. И не просто кому-то, а вполне определенным людям.

«Чего хочет рынок» — самое страшное определение сути виноделия: потухшие глаза без права на рефлексию. Здесь не стоит ждать расширения зрачков и удивления вкусовых рецепторов. «Рынок» — это стадо баранов, коммунальная квартира.

Говорят, только из здоровых ягод рождается классное вино. Не факт, потому что клише. Передержанные на лозе ягоды в Апулии, из которых сделано концентрированное задубленное пойло — тоже здоровый виноград. Оскорбление для старых лоз региона — когда их продукт пытаются «улучшить», исходя из инерционных трендов и реакционных воззрений. Целые регионы делают вина, которые «продаются». Они тоже родились на винограднике. Коммерческий успех ни в коем случае не является знаком «качества», ещё одно словцо, смысла которого никто не знает. А он, смысл, субъективен. Тебе пить это вино, не мне, не ему, не ей. Тебе.

Виноделы — такие же потенциальные жертвы творческого кризиса, как любые другие артисты. Можно штамповать «под рынок», можно мучиться в поисках своего пути. А можно и не мучмться, а делать это легко и просто. Некоторые иначе не умеют.

Вино рождается не на винограднике. А в голове винодела. Как идея, как концепция, как мысль.

Как порыв!

close

Нравится? Подпишись!

СВЕЖИЕ ПОСТЫ — УЖЕ У ТЕБЯ

Спама не будет, только новые посты

Антон Моисеенко

Не моё дело рассказывать тебе, что, как и почему пить. Поддержать винный диалог, пробудить винную мысль и заставить улыбаться — вот это по мне!

Предыдущее

Судьба шампуся

Следующее

ИталНеформал: пить без апелласьонов