Category archive

Звездец

Звездец

Я не понял, и ты не поймешь: стобалльник от Pax

“Да кто ты вообще такой?!”, — хочется крикнуть в поле. Был ли Галлони трезв? Курил ли он в этот момент кальян? Сидел ли в одних трусах на кровати или в костюмчике и пыльных ботах дегустировал это вино среди множества других калифорнийских бутылок?

Дай папиросочку: зарисовки с Opera Wine 2018

Мало кто из них знает, как и почему попал в список ста лучших виноделен по версии Wine Spectator, который вот уже несколько лет демонстрируется в веронской Grand Guardia. А если и знает, то никогда не скажет. Да и виноделен, как выясняется, не сто, а почему-то сто и семь. Но даже несмотря на эту разницу в показаниях счётчиков, мероприятие даёт хороший взгляд на “элиту” итальянского виноделия

Визит к минотавру: Sassicaia

Есть со всеми этими знаменитыми на весь мир хозяйствами одна проблема. Состоит она в том, что приехав к ним, хочется не о вине говорить, а стоять по струнке, брать автограф и без устали херачить селфи.…

Потому что мы шахтеры: Tramin

В заброшенной шахте на голову капает холодное мокрое нечто. Меня, однако, спасает желтая шахтёрская каска. Серебряные штольни в Ridanna Monteneve закрылись в 80-х, когда стало понятно, что добывать серебро, свинец и прочую нержавейку становится не особо рентабельно. Теперь здесь добывают нечто иное.

Пришли и надымили: Marchesi Fumanelli

По сравнению с ними маркизы Фрескобальди, козыряющие своими 10 веками истории, выглядят детьми. Ну ладно, преувеличил: но можешь ты представить, что какие-то чуваки, которых в России не знает никто, могут хотя бы стоять рядом? Сюрпрайз, это маркизы Фуманелли!

Жирный плюсик: Petrolo

А ведь в этом самом Val D'Arno di Sopra обитает немало замечательных существ, делающих не менее удивительные вина. Возьми за жабры хотя бы этого Луку Санджуста и его Petrolo

Ни пива, ни “цезаря”: Pio Cesare

В мокром после мытья полу отражается гигантская бочка славонского дуба. В подвалах известной на весь мир винодельни — никого. Где-то наверху группа китайских журналистов припёрла к стенке племянника владельца хозяйства — Пио Боффы — слышны крики на незнакомом языке и придушенные сопротивляющиеся реплики человека, которому каждый день приходится объяснять, чем бароло отличается от барбареско

Развёл Balthasar

“Ты, ***, издеваешься?”. Я тычу пальцем в этикетку, на которой черным по белому написано Hattenheim Wisselbrunnen. “Ты это мне прочитать предлагаешь? Запомнить что ли?”. В ответ — ржач. Это Райнгау, и мы скачем как дикие козлы по крутым склонам, пропастью срывающимся в Рейн.

идти Наверх