Хороший soft: La Madonnina и русский стиль тосканского Болгери

in Давай Глянем by

Что делает русский бизнесмен, входящий в сотку Forbes, если ему хочется выпить любимого вина, квоты которого ограничены, а ценник — слишком раздут (второе, конечно, для человека с состоянием в миллиард не аргумент)? Естественно, покупает виноградник прямо рядом с объектом своего желания.

Совершенно “неожиданно”, объектом желания транспортного олигарха Константина Николаева стал небольшой виноградник напротив ничем не примечательной Tenuta dell’Ornellaia, по соседству с никому не известными Poggio Al Tesoro и Guado al Tasso и прочими периферийными винодельнями. Как в том мультике: “Первым делом… чо бы первым делом? А, пианино! Что за жизнь без пианины?” С Николаевым я, понятное дело, не общался. Зато, когда мне предоставилась возможность первому попробовать вина, получающиеся “у него” под чутким руководством итальянского энолога Риккардо Котареллы, я не стал сопротивляться. Кому не интересно хотя какое-то время побыть “Джоном Малковичем”, а?

Консультировать русских Рикардо Котарелла, похоже, уже стал привыкать: с 2017-го ему отдана под крыло винная часть “Усадьбы Дивноморское” под Геленджиком. Собственно, именно после общения на эту тему, Риккардо любезно предложил мне первому попробовать плоды его труда в Болгери — вина хозяйства под названием La Madonnina, купленного в 2014-м Константином Николаевым, владельцем компании “Н-Транс”. На встречу со мной приехал не Сам, а один из, так сказать, “стрижей” Котареллы.

Размер виноградника составляет 6,5 гектаров, ещё два выделены под сад. Локейшн напротив Орнеллайя не вызывает сомнений, сколько нулей фигурировало в сумме сделки

Как выяснилось, совладельцам “Н-Транс” винная тема не нова — в 2017-м в Forbes вышел материал, из которого следует, что Андрей Филатов, ещё один небедный транспортник из той же конторы, прикупил в Сент-Эмильоне винодельню La Grace Dieu Des Prieurs. Вполне возможно, что личное хозяйство — необходимый атрибут в среде серьёзных перевозчиков. “Дабы уважали”, значится. Как утверждает итальянская пресса, терруар Николаев взял действительно крутой (безо всякого намёка на сарказм) — Котарелла & Ко видят здесь потенциал легко посоревноваться с блендами Ornellaia и сирой от Le Macchiole под названием Scrio. Кстати, если ты зайдешь глянуть описание Scrio, то увидишь названия виноградников: Puntone 1993, Madonnina 2002. Не фейк!

В случае с новорусским приобретением в Болгери (скорее всего, тут), размер виноградника составляет 6,5 гектаров, плюс ещё два выделены под сад. По словам “стрижа”, в ближайшее время здесь будет построена и своя винодельня; пока же вино делается неподалёку у соседей, которых также консультирует Котарелла. Лозам La Madonnina нынче где-то по 15 лет — виноградники на этом участке были высажены в 2003-2004-м. Безошибочно понятно, что высажены только международные сорта. Одним из результатов прихода Котареллы стала высадка одного гектара каберне франа.

Мы приятно присели в ресторане утробно-малюсенького Монтепульчано. На столе уже стояли бокалы с “болгерским” (не путать с болгарским!). Вряд ли стоит кому-то читать лекции о престижности аппелласьона Bolgheri DOC Superiore: здесь, в зоне нескольких километров, сосредоточилась вся королевская рать знаковой супертосканы, сплошь культовые имена и культовые же личности.

Стоит ли винить человека с деньгами в желании прикоснуться к великому, если великое вдруг выставляется на продажу?

Как справедливо замечает помощник Рикардо Котареллы, проблем с деньгами у владельцев нет и, тем не менее, Николаев постепенно выстраивает систему продаж своего вина: 22 000 бутылок самому выпить тяжеловато даже при помощи друзей. Можно, впрочем, рассылать “на подарки” чиновникам и партнёрам, подумал я, но благоразумно промолчал. Потому что мы приступили к неторопливой дегустации.

В плане вкуса и ароматического профиля вина La Madonnina оказались мечтой любого “пиджака” и домохозяйки на стероидах: все три, как на подбор, мягкие, идеально округлые, шоколадистые, без сучка и задоринки, без острых углов и непонятных вывихов, которые так заводят сегодня продвинутую винную тусовку. Вкус Николаева чувствуется в каждом глотке — человек основательный, явно привык, чтобы всё было добротно и без лишней головной боли. Самое “массовое” вино — La Madonnina Toscana IGT 2016 (13,000 бутылок в год) показывает, что называется, “стиль дома” и уровень заданной командой Котареллы планки: фраза “фундаментально-чернильная мягкость” применима к этому бленду каберне совиньона, франа, сира, мерло и пти вердо на 99,9%. 16 месяцев в новом французском дубе (Котарелла купил для Николаева только Taransaud, A Cooperage committed to Excellence — “Бондарня, заточенная под Совершенство”). Придраться по вину, однако, не к чему — если ты любишь такой стиль, то пить 14,5-градусное можешь, не вывихнув челюсть, с удовольствием и наслаждением. Честно, я выпил бокал и не поперхнулся ни разу, ощутив в послевкусии обещанные ассистентом Котареллы 10,000 лоз на гектар плотной посадки.

Вина La Madonnina, как на подбор: мягкие, идеально округлые, шоколадистые, без сучка и задоринки, без острых углов и непонятных вывихов, которые так заводят сегодня продвинутую винную тусовку

Второе вино на дегустацию — Opera Omnia Bolgheri DOC Superiore 2016 (7,000 бутылок в год) из каберне совиньона, франа и мерло — лишь подчёркивает фундаментальное ощущение характера La Madonnina как супертосканского “молока любимой женщины”, мягкой, нежной, погружающей в неторопливость горячего шоко-фондана глицериновой безмятежности. Чуть большую глубину этого вина по отношению к предыдущему может заметить лишь любящий взор, которому помогают основательные 18 месяцев в новом французском. Тёмный цвет венозной крови не оставляет сомнений: миф “чем насыщеннее вино, тем оно качественнее” — это не миф вовсе. По крайней мере, не во вселенной владельца винодельни.

Я, конечно, не уверен, что корректно спихивать всё на вкус господина Николаева: Bolgheri не вновинку радовать планету насыщенными винами с высоким алкоголем. Из разговора с энологом я понял, что слава Masseto Николаеву вовсе не чужда, равно как и его вкус.

Вполне возможно, La Madonnina отличится в будущем чистым мерло под гениальным рабочим названием JFK — Just For Konstantin (!).

Пока же Viator 2016 Toscana Rosso IGT отличается чистым сира, производимым в количестве 2,000 бутылок. Всё те же 16 месяцев в баррике — и свет сходится клином в бесшовном, по-диджейски и по-джедайски мастерски сведенным в единое боди вином, о котором я смог записать лишь soft! soft!! soft!!!, как, в свое время, записала семья Котарелла Est! Est!! Est!!! в анналы мирового виноделия. Интеграция Viator (как, впрочем и всех остальных вин La Maddonina) придётся по вкусу широчайшим массам населения — здесь нет места вычурным экспериментам и нестабильности винтажей аграриев-кустарщиков.

Я смотрю на вина La Madonnina и не знаю, что думать: с одной стороны, понятен бизнесмен с желанием делать и быть там, откуда происходят некоторые из его любимых вин. С другой стороны, понятен Котарелла, который, скорее всего, делает эти мизерные 20,000 бутылок совсем не ради денег. А ради доступа к терруару. Это мне напоследок “с горящими глазами” подтвердил и “паренёк”: когда я спросил, откуда он знает, что перед ними качественный виноградник, ответил лишь: “Я видел эти почвы. Я знаю”.